Мотивы народного творчества в поэме «Кому на Руси жить хорошо»
Поэма «Кому на Руси жить хорошо» была задумана как эпохальное произведение, благодаря которому читатель смог бы познакомиться с обстановкой в послереформенной России, бытом и нравами различных слоев общества, и в первую очередь крестьянства. Это было бы невозможно показать без использования фольклорного материала: старинных обычаев, суеверий, песен, пословиц, поговорок, прибауток, примет, обрядов и т. д. Поэма Некрасова во многом создавалась на основе этого живого фольклорного материала. В ней можно выделить несколько пластов заимствований: сказочный фольклор, песенный фольклор, а также приметы, былины, прибаутки.
Сюжет ее, подобно сюжету народных сказок, построен как путешествие крестьян-стариков в поисках счастливого человека. Странники ищут его среди всех сословий тогдашней Руси, но главная цель их - найти «счастье мужицкое». Автор, так же как и автор народных сказок, не дает нам точной информации о том, когда происходят события:
В каком году - рассчитывай,
В какой земле - угадывай...
С первых же строк Некрасов употребляет устойчивые эпитеты и обороты, характерные для русских народных сказок: солнце красное, путь-дороженька, красна девица. Зверей и птиц автор также наделяет свойствами и чертами сказочных зверей и птиц: заяц робкий, лисица хитрая, ворон - птица умная и т. п. Напрямую взятой из сказки оказывается скатерть-самобранка, подаренная мужикам говорящей пташкой-пеночкой.
Некрасов употребляет много вставок-песен, по форме соответствующих фольклорным трудовым песням:
Хорошо, светло
В мире божием!
Хорошо, легко,
Ясно на сердце.
Мы идем, идем -
Остановимся,
На леса, луга
Полюбуемся,
Да послушаем,
Как шумят-бегут
Воды вешние,
Как поет-звенит
Жавороночек!
Есть в структуре поэмы явный песенный элемент, это рефрен:
Кому живется весело,
Вольготно на Руси?
Рефрен еще раз подчеркивает главную тему всего произведения: поиски счастливого на Руси.
Из страшных былин, рассказывающих о встрече с разнообразной нечистью, Некрасов взял лешего, в которого верят мужики:
Ну леший, шутку славную
Над нами подшутил!
Никак ведь мы без малого
Верст тридцать отошли!...
В быту крестьян по-прежнему большое значение имеют приметы. Односельчане Матрены Тимофеевны (глава «Крестьянка») причину неурожая видят в том, что она:
Рубаху чистую
Надела в рождество.
Но и сама героиня верит в приметы и по одной из них «в рот яблока до Спаса не берет», чтобы не получилось так, что Бог в наказание не даст на том свете ее умершему младенцу Демушке «яблочком поиграть».
Многие пословицы и загадки прекрасно гармонируют с основным сюжетом поэмы и вставляются в поэму почти без изменений: «хвали траву в стогу, а барина - в гробу», «летит - молчит, лежит - молчит, когда умрет, тогда ревет», «не лает, не кусается, а не пускает в дом», «рассыпался горох на семьдесят дорог» и т. д. Речь многих персонажей поэмы пестрит народной мудростью: она ярка, афористична; многие выражения напоминают пословицы. Например: «И рад бы в рай, да дверь-то где?». Способность «вставить слово меткое» в речь свидетельствует о творческой одаренности русского крестьянина. Савелий Корчагин, Матрена Тимофеевна, Влас Ильич, семеро мужиков изображаются в эпопее не только как знатоки фольклора, но и как участники создания новых вариантов традиционных текстов.
В главе «Пир на весь мир» Некрасов также показывает творческую активность русского народа. В этой главе изображена последняя массовая сцена поэмы. Народ в этой сцене проявляет наибольшую активность - справляет поминки со Последышу. Духовная, творческая активность вахлаков находит свое выражение в отношении к фольклору, в обновлении известных фольклорных произведений, в создании новых. Вахлаки сообща поют народные песни: «Барщинную», «Голодную», слушают рассказ «Про холопа примерного - Якова верного», легенду «О двух великих грешниках», песню солдата Овсянникова. Фольклор здесь используется как выражение развивающегося народного самосознания. И эта творческая активность, духовная мощь свидетельствуют о том, что «еще пределы русскому народу не поставлены».